26.05.2011  15:30 Интервью

Александр Марков — личность в татарстанской легкой атлетике пока новая, малоизвестная. Между тем, на его счету уже три золотые медали первенств мира в беге на 100 и 400 метров. В его активе — победа в студенческой номинации «Мужчина года — лидер». Он является кандидатом на поездку в олимпийский Лондон 2012 года. Оговоримся: не на Олимпиаду, а на Паралимпиаду, потому что Александр соревнуется среди инвалидов с поражением опорно-двигательного аппарата

В моей еще детской памяти осталось воспоминание об одноруком футболисте португальской «Бенфики» по фамилии Шеу. Португалец китайского происхождения, что само по себе было экзотично, играл без одной руки. Выступал за сборную своей страны и за знаменитую команду «Бенфика», с которой вышел в 1983 году в финал Кубка UEFA и даже забил единственный гол. Потом, изучая историю футбола, я прочитал о еще более титулованном спортсмене без одной руки. Им был уругваец Эктор Кастро. В возрасте 13 лет Эктор Кастро получил травму электропилой, в результате которой лишился кисти правой руки, за что получил прозвище El manco (Однорукий). Что не помешало Кастро вначале стать олимпийским чемпионом 1928 года, а потом и победителем первого чемпионата мира 1930 года. Александр признался, что об этих спортсменах ранее не слышал. Он вообще в профессиональный спорт пришел только полтора года назад.

— Я родился в Волжске, Марий Эл. Городок у нас небольшой, но очень спортивный. В свое время во второй футбольной лиге играла команда «Диана», сейчас в высшей хоккейной лиге выступает «Ариада-Акпарс». В каждой из них, кстати, было в достатке футболистов и хоккеистов из соседнего Татарстана. Что касается индивидуальных видов спорта, то у нас был воспитан чемпион Европы по греко-римской борьбе.

Я же в детстве спортом профессионально не занимался. К тому же именно легкая атлетика в моем родном городе не была хорошо развита. А я любил бегать, для здоровья частенько совершал кроссовые пробежки за городом. Вплотную же спорт в мою жизнь вошел, когда я поступил на обучение на биолого-почвенный факультет КФУ. Поэтому меня можно в полной мере называть татарстанским спортсменом, ведь на соревнованиях я представляю свою новую родину. К так называемым «параллельщикам», которые одновременно представляют по два и более регионов, я не отношусь.

— Но для того чтобы заниматься спортом профессионально, мало одного желания. Нужны еще возможности. Как ты их нашел?

— Тут мне помогло поступление в КФУ. Мой нынешний наставник Алексей Барышников работает там тренером на кафедре физвоспитания. И когда у нас, первокурсников, было что называется распределение по интересам в малом зале «УНИКСа» – спортивным, творческим и так далее, я обозначил свое желание заниматься легкой атлетикой. Он предложил мне прийти на тренировку.

— И что, ты на ней сдавал какие-то тесты?

— Да нет, скорее, подстроился под занимающихся ребят, делал все то же, что и они. Видимо, справлялся с упражнениями не хуже занимавшихся, поэтому Алексей Станиславович и продолжил работу со мной.

— И сейчас ты тренируешься…

— Семь раз в неделю. Так получилось, что я поступил, чтобы учиться, а спорт шел как бы параллельно, но сейчас, в связи с большим количеством разъездов по соревнованиям, мне пришлось взять академический отпуск. Потому что на первом курсе я отучился на очном отделении. При этом поблажек по учебе мне особо не делали, да и понятно, я же на тот момент не мог называться профессиональным спортсменом.

— Как же это непрофессиональный спортсмен может стать чемпионом мира? Да еще двукратным.

— Я хотел бы внести поправку в то, что касается моих регалий. Я не чемпион мира в обычном понимании. Дело в том, что так имеют право называться только победители соревнований среди мужчин. Я же трижды побеждал на юниорских и молодежных первенствах мира. Это не взрослые чемпионаты мира. Ваши коллеги, называя меня так, немного путают.

Чемпионат мира был неожиданным

— Один из твоих первенств мира состоялся летом, другой — весной. Обычно соревнования проводятся в строго определенное время. Почему у вас не так?

— Да, только у меня летом в Оломоуце, Чехия, было первенство мира среди юниоров до 20 лет, а в Дубае, Объединенные Арабские Эмираты, состоялось первенство мира до 23 лет. Кстати, в Дубае я еще стал серебряным призером в беге на 200 метров. Что касается этих соревнований, то выступать нам пришлось без серьезной подготовки. О чем говорить, если мы узнали о проведении чемпионата и нашем участии в нем за три недели до старта. Было неожиданно (Ухмыляется). Потому что ни о каких плановых тренировках, выходе на пик формы речи не могло быть. Пришлось готовиться в усиленном режиме.

— Проведение первенства мира в Дубае весной, мне кажется, можно объяснить еще и тем, что летом там соревноваться просто невозможно.

— Не знаю, как летом, но даже в апреле там была страшная духота. По существу, туристический сезон можно было считать законченным, потому что отдыхающие уже спешили разъехаться из-за надвигающейся жары. Программа соревнований предусматривала вечерние старты, но тем не менее ощущалось, что за день беговое покрытие на стадионе нагрелось, испарение от него напоминало не слишком жаркую сауну. Поэтому результат, с которым я победил, нельзя назвать высоким. Впрочем, все находились в одинаковых условиях, так что я не жалуюсь, просто рассказываю.

— Ну и что, что показал невысокий результат? Золото же у тебя в кармане.

— Да, но хороший результат позволил бы мне отобраться на Паралимпиаду в Лондон. У нас есть своеобразные нормативы, согласно которым спортсмены отбираются в сборную страны. Выполнение норматива А позволяет стать стопроцентным участником Паралимпиады, а выполнение норматива Б дает шанс на попадание в число запасных. Я, к сожалению, не выполнил пока даже норматива Б ни на одной из дистанций, на которых бежал, — 100, 200 и 400 метров. Теперь в сезоне у меня задача – выполнить необходимые нормативы.

У нас симулянтов нет



— Ты бегаешь и спринт в 100 метров, и «длинный спринт» 400 метров. Какая из этих дистанций для тебя комфортнее?

— Стометровка. Чем короче, тем лучше. 400 метров сама по себе дистанция длинная, но бежать там надо с полной выкладкой, не имея шансов передохнуть, как на 800, 1500 метров и далее. «Лошадиная дистанция», как шутят сами легкоатлеты.

— Уже несколько десятилетий спринт считается вотчиной темнокожих спортсменов. В свое время нашего спринтера Александра Пархомовского «короновали» неофициальным титулом — самый быстрый среди белых. Притом, что в том году результат Пархомовского был девятым в мире. У паралимпийцев схожая ситуация?

— Не могу сказать, со взрослыми на международном уровне я пока не сталкивался. Только их результатам уделял особое внимание. Слышал, что там в лидерах африканцы. А мой главный соперник по 100- и 200-метровке — темнокожий англичанин. На сто метров я у него выиграл, на 200 — он взял реванш.

— Самым известным спортсменом-инвалидом является южноафриканец Оскар Писториус. Перед прошлой Олимпиадой в Пекине он заявлял о своем желании соревноваться вместе со здоровыми легкоатлетами. Не получилось, после чего Писториус отличился на Паралимпиаде. Вопрос дилетанта: этот бегун тебе конкурент?

— Нет. Дело в том, что у него другая категория инвалидности. У меня нет руки, у Писториуса нет обеих ног, и он бегает на протезах. Его, кстати, прозвали «бегающим инвалидом». У него специализированная категория Т-43, а у меня — Т-46.

— В свое время я видел соревнования слепых легкоатлетов, которые бегут с поводырями. Эти ребята также не являются твоими конкурентами?

— Слабовидящие спортсмены принимают участие на своих Олимпиадах, называемых Сурдолимпиадами. Соревнуются там вместе со слабослышащими спортсменами. У этих соревнований собственное время проведения, которое не совпадает с Олимпиадами и Паралимпиадами.

— Александр, как раз перед разговором с тобой прочитал очень интересную статью о спортсменах-жуликах. В их числе, к примеру, оказалась баскетбольная сборная Испании, которая выиграла Паралимпиаду 1992 года в Барселоне. Как рассказывали потом спортсмены: «Нас заставляли изображать из себя умственно отсталых». В результате в этой сборной были 10 абсолютно нормальных спортсменов, и только двое имели право выступать на Паралимпиаде. После чего, по словам автора, соревнования среди умственно отсталых исключили из программ Паралимпиад. Все это я рассказал с одной целью — поинтересоваться: есть ли симулянты на Паралимпиадах?

— Ну, не знаю, потому что опыт участия в соревнованиях инвалидов у меня крайне невелик — года еще нет. У нас есть международная классификация, которая дает разрешение, выступать на соревнованиях или нет. Насколько я знаю, у тех людей, которые страдают ДЦП, есть несколько степеней — первая, вторая, третья, и там, у отдельных спортсменов-инвалидов, проглядывает стремление «закосить» что ли, чтобы им дали как можно более жесткую категорию. Сами понимаете, на тех же соревнованиях это даст определенное преимущество перед конкурентами. Иногда общаешься со спортсменом, так на первый взгляд вообще не скажешь, что он имеет какую-то серьезную болезнь, пока сам тебе о ней не скажет. А вообще участниками Паралимпиад могут быть люди, подверженные ДЦП, с проблемами опорно-двигательного аппарата, то есть ампутацией верхней либо нижней конечности, и так называемой «ментальностью», то есть люди, страдающие недоразвитостью.

— В твоем случае ты вначале получил серьезную травму, потом пришел в спорт. А есть ли среди паралимпийцев те, кто серьезно занимался спортом до того, как стал инвалидом, после чего перешел в разряд паралимпийцев?

— Знаете, с такими разговорами мы друг к другу особо не пристаем. Мне кажется, что большинство заниматься стало после травм, либо у них с рождения уже были серьезные проблемы со здоровьем, то же ДЦП, например. Среди моих знакомых есть парень, у которого после аварии ампутировали обе руки и ноги. Он бегает в классе Т-43, в той же категории, что и упомянутый нами Оскар Писториус. Только он при беге еще не может помогать себе руками.

— Разговаривать на темы травм тяжело?

— Даже не в этом дело. Мы в общении друг с другом не замыкаемся на этих травмах. Даже можем подшутить друг над другом: «Эй, безногий, куда побежал?» (Ухмыляется). От себе подобных услышать такое как-то необидно. Потом я, приезжая на соревнования, немного замыкаюсь в себе, концентрируюсь, мало с кем общаюсь, чтобы не растратить энергию.

— А ты со своей травмой имеешь возможность заниматься каким-то другим видом спорта?

— Я в детстве играл в баскетбол, даже входил в сборную школы, играл в волейбол. И сейчас с ребятами на тренировках могу поиграть в эти виды спорта, но только со здоровыми, потому что баскетбол или хоккей с шайбой, который называется слэш-хоккей, на Паралимпиадах — это соревнование для колясочников, людей, лишенных обеих ног. В мини-футбол, к примеру, играют на костылях, одноногие. На Сурдолимпиадах слабослышащие спортсмены играют в баскетбол, в футбол. Причем, как я знаю, наша национальная команда, которая является чемпионом Европы, выступает еще в Московской любительской лиге среди здоровых. (Кстати, такой опыт был и у казанской команды слабослышащих, которая в прошлом году принимала участие в турнире по мини-футболу со здоровыми спортсменами. — Прим. авт.).

Биолог не всегда «ботаник»



— В те времена, когда я учился в КГУ, а это было почти 20 лет назад, биологический факультет был одним из слабейших в спортивном плане. Твое поступление именно на биолого-почвенный факультет как-то изменило ситуацию?

— Вряд ли. Я, конечно, стараюсь выступать за свой факультет, к примеру, бежал за него на вузовской эстафете. Правда бежал на последнем, восьмом, этапе, а это такой этап, на котором коренным образом изменить ситуацию уже невозможно. Отрывы создаются такие, что ни догнать кого-то, ни позволить себе перегнать практически не удается. Что касается спортивности факультетов, то у нас стабильно лидируют в этом плане юристы, экономисты. В принципе, на нашем факультете особых поблажек из-за того, что ты являешься действующим спортсменом, по учебе не делают. Хотя в каком-то плане наши студенты пытаются бороться с имиджем биологов-«ботаников». К примеру, у нас есть первокурсница, которая занимается… боксом! Занимает призовые места на республиканских соревнованиях. Одним словом, есть у нас спортсмены, просто их не так много, как у конкурентов.

— Ты студент, ты спортсмен, но возможности выступить на Универсиаде 2013 практически лишен из-за отсутствия в студенческом спорте Паралимпиад. Не обидно?

— Конечно, хотелось бы выступить на соревнованиях, тем более что пройдут они в ставшем для меня родном городе. Но если нет в студенческих Олимпиадах соревнований для инвалидов, значит, будем стремиться попасть в сборную для здоровых (Улыбается). Я не шучу. Можно будет попробовать попасть в студенческую сборную, ведь я же и сейчас не зацикливаюсь только на Паралимпиадах. К примеру, на республиканских соревнованиях бегаю вместе со здоровыми спринтерами, в результате по своему возрасту стабильно вхожу в пятерку лучших в республике. Притом, что бегом начал заниматься только полтора года назад.

— В профессиональном спринте есть спортсмены, на которых ты ориентируешься?

— Если говорить о стиле бега, то мне очень нравится, как бежит ямайский спринтер Асафа Пауэлл. Понятно, что его соотечественник Усейн Болт куда более знаменит, более титулован, но он бежит, скажем так, за счет своего высокого роста, за счет мощи, ширины шага. У Асафы же отточенная техника бега.

Джаудат Абдуллин, специально для kazan2013.ru

Департамент Медиа АНО «Исполнительная дирекция «Казань 2013»

источник: kazan2013.com